Ташкент в годы войны: как город стал одним из главных центров эвакуации в СССР

Осенью 1941 года на ташкентский вокзал прибывали люди, которым предстояло заново устраивать жизнь вдали от дома. Вместе с семьями рабочих приезжали инженеры, ученые, преподаватели и артисты. В столицу Узбекской ССР везли заводское оборудование, принимали детские учреждения, переводили научные коллективы. Город становился одновременно убежищем, производственной площадкой и местом дальнейшего распределения эвакуированных.

Сегодня страна ассоциируется с современной городской жизнью, цифровыми сервисами и развлечениями, включая казино в Узбекистане, но в 1941–1945 годах жизнь республики определяли совсем другие задачи.. У людей, прибывавших в военный Ташкент, были другие заботы: найти комнату, получить хлеб, устроиться на работу и узнать, куда отправили близких.

Почему ехали в Ташкент

Ташкент находился далеко от советско-германского фронта и был связан железными дорогами с другими частями страны. Столица республики располагала предприятиями, учебными заведениями и учреждениями, на базе которых можно было размещать прибывавшие коллективы. Это давало возможность не только вывезти людей из опасной зоны, но и продолжить производство, обучение и исследования.

Сказывалась и известность Ташкента как «города хлебного». Люди рассчитывали, что в сельскохозяйственном регионе легче прокормиться. Однако надежды не означали гарантированного достатка. Стремительный приток населения обострил нехватку жилья и продовольствия. Помимо организованных эшелонов, сюда самостоятельно добирались семьи, не имевшие заранее определенного места проживания.

Для многих Ташкент был промежуточной остановкой. Прибывших направляли в другие города и сельские районы Узбекистана. Поэтому число людей, прошедших через столицу, нельзя считать числом оставшихся в ней жителей, а общереспубликанские показатели эвакуации – переносить на один город.

Жилье, работа и забота о детях

При Ташкентском горисполкоме действовали эвакуационные бюро и учетные группы. Требовалось зарегистрировать приезжих, определить место проживания, помочь с трудоустройством. Без заработка, питания и медицинской помощи люди оставались в крайне уязвимом положении.

Людей селили в общежитиях и частных квартирах, приспосабливали общественные помещения. Конкретный пример дает история Ленинградской консерватории. Ее преподаватели жили на частных квартирах, а студенческие общежития разместили в Доме ученых и Клубе работников искусств. Учебным корпусом стал бывший Клуб швейников.

Размещение сопровождалось теснотой и санитарными трудностями. На вокзале работала дезинфекционная камера, обрабатывали одежду прибывших. Городским службам приходилось одновременно заботиться о приезжих и поддерживать санитарное состояние самого Ташкента.

Отдельной задачей был прием детей, в том числе потерявших родителей или связь с ними. В октябре 1941 года в республике создали центральный пункт приема эвакуированных детей. В Ташкенте действовал специальный штаб, детей кормили в бесплатных столовых, ослабленным оказывали медицинскую помощь. Их размещали в детских учреждениях, брали на воспитание в семьи. Ташкентский кузнец Шоахмед Шамахмудов и его жена Бахри Акрамова стали одной из наиболее известных таких семей.

Заводы, прибывшие с запада

В 1941 году из подмосковных Химок в Ташкент эвакуировали авиационный завод № 84. Вместе со станками и производственной документацией переезжали специалисты с семьями. На новом месте предприятие продолжило выпуск самолетов ПС-84, получивших в 1942 году обозначение Ли-2. Самолеты перевозили людей и военные грузы. Другой пример – эвакуация оборудования завода «Электрокабель» из Кольчугина. Осенью 1941 года в Ташкент направили кабельное и основную часть волочильного оборудования. Подобные перемещения меняли промышленную специализацию города: в нем развивались производства, необходимые армии, связи и транспорту.

Эвакуация не сводилась к доставке станков. Нужно было найти помещения, подключить оборудование к электросетям, обеспечить сырьем и рабочими руками. Прибывшие специалисты трудились вместе с местными кадрами. Развитие предприятий усиливало потребность в жилье, транспорте и электроэнергии, связывая промышленный рост с перестройкой всего городского хозяйства.

Наука и культура в эвакуации

В Ташкенте продолжила работу основная часть сотрудников Института востоковедения АН СССР, вывезенных из Ленинграда. Их переезд не был единовременным: некоторые ученые добирались самостоятельно, разными путями. В 1942–1945 годах институт вел здесь научную и преподавательскую деятельность.

Ленинградская консерватория стала примером того, как эвакуированный вуз оставался одновременно учебным заведением и культурным центром. В Ташкенте проходили занятия, научные сессии и концерты. В 1942, 1943 и 1944 годах состоялись выпуски студентов. Многие выпускники получили приглашения работать в театрах и концертных организациях Узбекистана.

Общение местных и приезжих специалистов оставляло след за пределами военных лет. Передавались профессиональные навыки, расширялись научные и творческие связи.

Город в системе советского тыла

Ташкент принимал раненых, предоставлял помещения госпиталям, обеспечивал работу промышленных и научных коллективов. Узбекистан снабжал армию и тыл хлопком, продовольствием, одеждой и промышленной продукцией. Столица связывала эти задачи через управление, транспорт, производство и медицинскую помощь.

После освобождения западных районов началось возвращение эвакуированных. Но город уже изменился. Расширилась промышленная база, появились новые специалисты и профессиональные связи. Военная история Ташкента складывалась из приема эшелонов, работы заводов, лечения раненых и устройства детей. Именно соединение этих повседневных задач сделало его одним из крупных центров эвакуации СССР.